Октябрь 2007

Трагедия в Бруклине

В первый вечер еврейского праздника Пэсах в самом густонаселённом районе Нью-Йорка – Бруклине, где проживает около 2 миллионов 300 тысяч человек и где живут тысячи эмигрантов, в том числе из бывшего Советского Союза, – произошла трагедия: на неширокой, обычной улице, на углу 9-й авеню и 53-й стрит неизвестный лихач на золотистом «бьюике» совершил наезд на двух пожилых людей – мужчину и женщину – и тут же скрылся с места преступления, только увеличив при этом скорость автомобиля. Муж шёл впереди, держа за руку жену, слегка отставшую от него. Оба супруга упали, но женщина получила ещё сильнейший удар боковым зеркалом, который оказался для неё смертельным…Роза Абрамовна и Михаил Мануилович на праздновании 60-летия младшего брата Розы – Гриши Сельцера. Бруклин, США, 2006-й год
В молдавском городке Сороки Миша (Мауричиу, Мориц) Бурман и Роза (Рейзя) Бурман-Сельцер были очень известные и уважаемые люди. Михаил Мануилович много лет преподавал русский язык и литературу сначала в Сорокском медучилище, затем – в педучилище имени Бориса Главана. Городок этот всегда славился своими учителями, но Михаил Мануилович имел славу чуть ли не лучшего в городе преподавателя литературы. А Розе Абрамовне в конце 1970-х годов было присвоено звание народного учителя республики Молдова. Ведущий инженер завода «Дешаним», что возле Хайфы, Борис Рехтман, сказал мне в эти траурные дни, что полюбил школьный предмет лишь благодаря Розе. Она преподавала математику в центральной русской средней школе № 2 имени А.С.Пушкина. Я помню Роза и Миша Бурман (стоят слева 3-я и 4-й) среди коллег – преподавателей Сорокского педучилища. Фото начала 1980-х годов. Крайняя слева – нынешний директор педагогического колледжа В.Д.Плетнюк Розу Абрамовну с того времени, когда был ещё подростком (они оба старше меня на 14 лет!): мы жили почти по соседству с ними на улице Котовского. Затем помню её так же, как ученик помнит любимую учительницу своей школы. И, наконец, мне довелось быть её коллегой по работе, так как несколько лет я работал учителем-словесником во 2-й школе, а затем перешёл на работу в педучилище по рекомендации Михаила Мануиловича. Девять лет мы с ним трудились бок о бок, дружили, я бывал у них дома. Оба этих человека были моими друзьями, старшими товарищами. А друзей у них, кроме меня, было ещё очень много, потому что они были замечательные люди: добрые, отзывчивые, щедрые. О таких друзьях можно только мечтать!
В семье Бурман росло трое детей: Света, Яша и Дина. Дети тоже прекрасные: тихие, спокойные, добрые, умные, отзывчивые. Все они теперь уже отцы и матери своих семейств, все жили и живут дружной большой семьёй, несмотря на то, что у каждого из них были свои заботы и проблемы. Младший брат Розы Абрамовны, Гриша Сельцер, ещё лет двадцать с лишним назад уехал в Америку, а когда начался массовый выезд евреев из бывшего Советского Союза, Бурманы тоже приняли решение эмигрировать. Я уехал в Израиль несколькими месяцами раньше, а они весной 1992-го прибыли в Штаты. Мы перезванивались, и я, в сущности, всегда был в курсе того, что у них там происходит. Радовался вместе с ними, когда узнал, что они выиграли в лотерее квартиру в новом жилищном комплексе для пожилых людей. Радовался, когда стало известно, что младшая дочь Дина, которая задержалась в Кишинёве со своей семьёй, наконец-то воссоединилась с родными. Был счастлив, когда узнал, что они собираются в Израиль, поехал за ними в Ашдод, привёз их на север, показывал им Хайфу, Акко, Кармиэль, повёз Михаила Мануиловича на Голанские высоты. Они были в восторге от Израиля. Потом обменивалась фотографиями, воспоминаниями. Издав книги о сорокских учителях и врачах, ждал их мнения: а что скажут по поводу этих книг Бурманы?..
Я знал, что Михаил Мануилович в последние годы болел, что Роза для него в жизни – всё. А она, действительно, относилась к нему как к большому и любимому ребёнку. За день до гибели она позвонила в Израиль друзьям, тоже бывшим учителям, Луизе Ефимовне и Науму Исааковичу Рабинович, проживающим в Кармиэле. Луиза Ефимовна мне рассказала, что проговорили они полтора часа, что Роза не только поздравила её с наступающим праздником Пэсах, но вспоминала детство, юность, говорила о дне сегодняшнем – и весь этот разговор в целом напоминал прощание перед дальней дорогой. Роза стала инициатором её с Мишей участия в пасхальном «сэдэре», который проводился в семье сына Гриши Сельцера. Там собрались все близкие. Дина повезла их на «сэдэр», а затем в одиннадцатом часу вечера доставила назад, высадила напротив David Minkin Residence, того самого жилищного комплекса, в котором они жили последние 10 с лишним лет…
О Бурманах уже опубликованы три статьи в Америке: две на английском языке в бруклинских газетах, одна – в переводе с английского языка – в «Новом русском слове». Привожу несколько отрывков из этого перевода: «Пол-одиннадцатого вечера; в это время 9-я авеню обычно пустынна. Но, на беду Розы и Михаила, нашёлся лихач на золотистом,по рассказам Роза и Миша в кругу своих близких. Крайняя слева – младшая дочь Дина, рядом ней – старшая дочь – Света. Во втором ряду в центре  – сын Яша. Рядом с Розой – её брат Гриша. США, 2006-й год свидетелей, «бьюике». Совершив наезд, он только увеличилскорость... Оба супруга были серьёзно ранены, но один удар – левым боковым зеркалом – стал смертельным для Розы Бурман. Той же ночью она умерла в госпиталеМаймонидес. Михаила с ранением головы и несколькими трещинами ноги отвезли в Лютеранскийгоспиталь. Его состояние оценивается как тяжёлое, но стабильное. «Когда этопроизошло, – рассказывает очевидец… Альберт Квинт,– Михаил попытался прийти на помощь жене. Она лежала и истекала кровью. А он, представьте, встал и попытался двинуться в её сторону. Но тут же упал…»…
«Бурманы прожили вместе почти 50 лет. И все, кто их знает, говорят, что трудно найти более любящую, заботящуюся друг о друге пару. Замечательные родители двух дочерей и сына, от которых уже шестеро внуков… В 1996-м году они поселились в комплексе David Minkin Residence, и его обитатели души в них не чаяли...»…«Исключительно умные иактивные люди; всегда были вместе и всегда готовы прийти на помощь соседям,– говорит координатор социального обслуживания в комплексе София Штейн. – Даже не представляю, как Михаил переживёт смерть жены!» София Штейн и суперинтендант комплекса Джек Нидзвич рассказывают, что Роза была особенно любима всеми. «Если кто- Роза Абрамовна Бурман и автор статьи Давид Хахам в Бахайском центре Хайфы. Израиль, 2001-й год нибудьзаболевал, Роза приходила и помогала, готовила еду, – говорит Джек. – Её смертьдля всех стала ударом»… «Как это несправедливо, что такую женщину, как Роза,настигла столь ужасная смерть!», – говорит София.Полиция ищет убийцу. Зеркало, ставшее орудием преступления, должно сослужить службу и в качестве улики».
На международном сайте сорокских евреев в эти дни появилось более десятка соболезнований семье Бурман по поводу трагической гибели Розы Абрамовны. Сорочане, оставшиеся в этом молдавском городке, и бывшие сорочане, разбросанные сегодня по всему миру, в шоке. Вот уже более двух недель они не могут прийти в себя! Да, люди приходят и уходят, да «таков закон безжалостной игры, не люди умирают, а миры» (Евтушенко); и ещё раз я убеждаюсь в точности этих слов: всё-таки исчезает что-то очень значительное в этом мире, когда уходит из него такой человек, как Роза Абрамовна Бурман.
29-го апреля и 1-го мая этого года им обоим должно было исполниться по 73 года. Возраст не первой молодости, но и не глубокой старости. Роза не дожила месяца до своего дня рождения. Но она останется навеки в памяти сотен людей в Молдове и в Америке, всех тех, кто её знал, ценил и любил! Пусть земля Вам будет пухом, дорогая Роза Абрамовна! Вы прожили богатую, достойную и счастливую жизнь! Вы останетесь навечно для нас примером высокой человечности и доброты!
Давид ХАХАМ
P.S. 11-го апреля 2007-го года в доме, где жили Бурманы, соседи организовали мемориал в честь Розы Абрамовны Один из соседей, Семён Мацюк, написал такие стихи: «Асфальт багровый, вой сирен, тревожно яркий свет мигалок, и стон сердец за толщей стен, и Незадолго до «золотой свадьбы»: последнее совместное фото Розы и Миши Бурман. Бруклин, конец февраля 2007-го годатеснота на тротуарах, и ужас в страждущих глазах – неверье в то, что приключилось, – и лица в горестных слезах: случилось страшное, случилось! Её уж нет? Не может быть! Не принимает это разум! Как можно было их сразить одним ударом вместе, разом! И он один, хоть средь родных, но нет уже её с ним рядом... А сколь была им лет больших их общность высшею наградой!.. Наш дом скорбит, и безысходность во взгляде каждого видна. Мы дети все людского рода, и боль у нас за них одна!» (4.04.2007)
P.P.S. Очень надеюсь, что этой своей статьёй я выражаю мнение многотысячной сорокской общины, проживающей в Молдове и за её пределами, всех, кто знал и любил Розу Абрамовну Бурман!
Д.Х.
Подписи к фотографиям
1. Роза Абрамовна и Михаил Мануилович на праздновании 60-летия младшего брата Розы – Гриши Сельцера. Бруклин, США, 2006-й год
2. Роза и Миша Бурман (стоят слева 3-я и 4-й) среди коллег – преподавателей Сорокского педучилища. Фото начала 1980-х годов. Крайняя слева – нынешний директор педагогического колледжа В.Д. Плетнюк
3. Роза и Миша в кругу своих близких. Крайняя слева – младшая дочь Дина, рядом ней – старшая дочь – Света. Во втором ряду в центре – сын Яша. Рядом с Розой – её брат Гриша. США, 2006-й год
4. Роза Абрамовна Бурман и автор статьи Давид Хахам в Бахайском центре Хайфы. Израиль, 2001-й год
5. Незадолго до «золотой свадьбы»: последнее совместное фото Розы и Миши Бурман. Бруклин, конец февраля 2007-го года

Софья Лейках. Воспоминанье...

(из цикла «Рассказы о земляках и коллегах»)
Конец 1940-х годов Недавно я снова вспомнил о ней. По дороге с работы забежал в лавочку. Хозяйка-израильтянка сидела у прилавка, а перед ней лежал запечатанный в целлофан круглый бисквитный пирог, на котором крупными русскими буквами было написано - «Лейках». Я с детства знал об этом пироге (мама часто пекла его!). Но его написание на родном русском языке уже много лет ассоциируется у меня с еврейской фамилией, которая тоже знакома мне с детства, потому что в семилетней школе моего города Сороки (в просторечии она называлась «школой возле бани») преподавала математику блондинка с лунообразным, но привлекательным лицом совершенно не еврейского типа. Но звали её, однако, как настоящую еврейку, - Софья Мироновна Лейках...
RSS-материал