Ханука

(Из новой книги Михаила Хазина "Еврейское счастье")
Ты гордая память, радость и чудо моего народа. Менора, зажигаемая в твою честь, похожа на вечное дерево жизни. От главного ствола отходят боковые ветки светильника, и в каждый день праздника, Ханука, мы зажигаем посвященные тебе свечи: в первый день - одну, во второй день - две, в третий - три, а в последний - горят все твои свечи. Менора, описанная еще в Книге Исхода, прошла долгий путь через века и страны, через храмы и удушливые гетто, через местечки черты оседлости, прежде чем стала гербом на флаге возрожденного еврейского государства.

Знамена и гербы многих держав украшены хищными рыкающими зверями и когтистыми хищными птицами, олицетворяющими могущество, призванными отпугивать недругов. Ты, Ханука, держишь в руках всего-навсего тихий светильник разума. Но рассыпались в прах огромные государства с их устрашающими символами. Подсчитано современными историками, что ни одна империя не просуществовала дольше 1200 лет. (Гитлер - и тот мечтал «всего лишь» о «тысячелетнем райхе», не смея замахиваться на большее).

И, видимо, такая уж у нас судьба, что еще с древности прожорливые супер-державы норовили покорить евреев - и вавилоно-ассирийцы, и персы, и Александр Македонский, и римские легионы. В этом смысле не была исключением и Сирийско-греческая империя, пытавшаяся отнять у евреев не только их землю, их независимость, но и осчастливить их более «хорошей» духовностью, чем их собственная, чем вера их отцов.

Эта политика таила в себе дополнительную опасность, так как еврейские аристократы, привлеченные казавшимся им чарующим эллинистическим образом жизни, его оргиями и вакханалиями, его соблазнительной философией, пленительным искусством, и сами тянулись к ассимиляции. К эллинизму.

Мне приходилось нередко слышать в еврейской речи слово «апикойрес» - в смысле отступника, еретика. Но лишь глубже ознакомившись с античностью, повзрослев, догадался я, что в еврейской огласовке «апикойрес» означает «эпикуреец». Сторонник философии Эпикура.

Что и говорить, обаяние детства человечества у греческих авторов, море прелести в греческих мифах. Их можно и нужно знать. Но подменять ими то, что составляет душу твоего народа, что обеспечило его самостояние в веках? На этот вопрос достойно ответили наши предки.

Перед земными царями евреи не гнули шеи, как бы могущественны они ни были. Когда Александр Македонский вошел в Иерусалим и потребовал, чтобы его статуя была установлена в Храме, даже его убедили еврейские старейшины, что это невозможно. И он внял их доводам. Так могли ли евреи терпимо отнестись к действиям жестокого и коварного царя Антиоха, которому его собственный народ дал кличку Эпиман, то-есть умалишенный? (Он в самом деле кончил жизнь сумасшествием.) Антиох под страхом смертной казни запретил евреям соблюдать их обряды и обычаи. За чтение Торы - смерть. За молитву - смерть. За обучение детей закону отцов - та же кара.

Но и под недреманным оком стражей Антиоха евреи продолжали учить своих детей грамоте, чтению заповедей (начиная с двух лет!). А когда неусыпная стража вламывалась в дом, пытаясь застичь ослушников на месте преступления, солдаты заставали детей, предающихся невинной забаве, весело вращающих волчок. С тех древних пор эта игра-маскировка стала традиционной в твой праздник, Ханука. В дни праздника дети крутят дрэйдл (волчок).

Помню, и я в детстве играл в эту игру. Волчки мастерил, отрезая «колесики» от деревянных катушек, нитки с которых израсходовала мама: у моей мамы была традиционная еврейская профессия - она шила. Поэтому в катушках недостатка у меня не было.

Мурлыча, вращался дрэйдл на столе, исполняя свой замысловатый танец, изгибаясь и выравниваясь на заточенной ножке. А я, как и другие дети на этот праздник, получал в дар ханукальные монетки от родных. От бабушки, тетушек, родителей. Не думали, не гадали тогда дарители моего детства, что скоро и в Бессарабию нагрянет война и жизнь их, как нитка, оборвется - за колючей проволокой гетто, в тифозном бараке, на рытье окопов.