О нашем городе

Рассказы об истории города

О цыганах

(из цикла «Вспоминаю город мой!») 

Часть первая

85214571_PB160510Так как в моём родном приднестровском городке Сороки более полувека проживает большая группа цыган, которыми интересуются многие евреи (вот недавно появились фотографии и видео Гриши Вайсенберга, проживающего ныне на Аляске, а до этого много лет историей цыган живо интересовался недавно умерший Пётр Львович Паниш), я решил тоже немного рассказать о них, тем более, что на это есть несколько причин. Во-первых, недавно я узнал, что в Израиле тоже проживают две достаточно большие группы цыган. Во-вторых, насколько мне известно, никогда ни в Сороках, ни в других местах никаких столкновений между евреями и цыганами не было. И, в-третьих,  известны три народа, которые в ХХ веке подверглись в Европе геноциду. Это были армяне, евреи и цыгане. Слава Б-гу, все три народа остались живы.

***

Ну, а теперь –  немного о современных цыганах. Сначала, как это ни парадоксально, – об израильских.  Цыгане в Израиле представлены двумя этническими группами из почти восьмидесяти этногрупп: цыгане-«дом» и цыгане-«рома». 

«Злачные места» в послевоенных Сороках (1950-1980)

 

(из цикла «Вспоминаю город мой!»)

В винном погребкеВы можете меня спросить: «А с какой стати ты вспоминаешь об этих местах?». Дело в том, что я обратил внимание на одну особенность моих бесед с земляками-сорочанами: мы то и дело «сбиваемся» при воспоминаниях на какие-то названия типа «Зелёный змий», «Капитанский мостик», «У старой крепости», «Извораш», «Ресторан при гостинице «Нистру»»…И вся эта «сбиваемость» происходит довольно часто, несмотря на то, что и я, и мои собеседники бывали редкими посетителями в родном городке Сороки кафешек, забегаловок, пивных и винных баров, а тем более – ресторанов. Но когда я задумываюсь об этих «злачных местах», то у меня в сознании выстраивается ряд таких «мест», которые постепенно открывались в нашем городе в то время, когда мне пришлось там жить, учиться, работать. Под «злачным местом» я имею в виду, прежде всего, такое «заведение», которое в переносном смысле обозначает закрытое место или открытую площадку, где можно выпить и закусить, или плотно пообедать, или отпраздновать какое-то событие, или потанцевать под хорошую музыку. Толковый словарь объясняет, что в переносном смысле «злачное место» – это  «весёлое место» или «сытное место». Таким местом в старой России мог быть только кабак. И хотя мы тоже употребляли на своём сленге слово «кабак», но в мою пору кабаков как таковых у нас уже не было.

Как собирались сорокские книголюбы

(из будущей книги «Вспоминаю город мой»)

Эмблема сорокского общества книголюбовВ городе Сороки в послевоенные годы проживало немало любителей книжной продукции. Их принято называть книголюбами по-русски, или библиофилами – по-гречески с тем же значением. Большими библиотеками обладали в городе врачи, учителя, инженеры. Из тех, кого я запомнил надолго, были, конечно, врач-терапевт Ихил Перецович Кесельбренер, врач-санитар Миша Кон, бывший телеграфист Лева Рачевский и другие. Когда началась «эпидемия» с подписками, то в маленьких Сороках подписаться было почти невозможно. Иногда нужно было выстоять ночь в очереди или же «иметь блат» в райкоме, а также среди работниц самого книжного магазина.

Примерно с конца 1970-х годов началось создание Всесоюзного общества книголюбов. Насколько я знаю, такое общество в Сороках возникло даже раньше, чем  в Кишинёве, Бельцах и других более крупных городах Молдавии. Инициатором стал тот же Ихил Перецович Кесельбренер, а я его горячо поддержал. В дальнейшем создатели  этого общества также дружно вошли в правление Сорокского общества еврейской культуры (СОЕК), о чём  я расскажу отдельно

Как мы готовили спектакли

Как  мы готовили спектакли

(Из будущей книги «Вспоминаю город мой!)

Центр детского творчестваНаверное, не все сорочане моего возраста, а также люди несколько старше и моложе  знают, что в Сороках с конца 1950-х до середины примерно 1970-х годов в течение 15-20 лет совершенно в открытую, официально действовала общественная, почти антисоветская организация, которую сегодня назвали бы оппозиционной из-за её отношения к существовавшему тогда строю. Интересно отметить, что эта организация, прежде всего, носила культурно-просветительский характер и размещалась в центре города, в помещении старого Дома культуры на улице 28-го июня (сегодня эта улица носит имя Михая Эминеску). Так вот, в этом самом Доме культуры два-три раза в неделю собирался драмкружок, или, если хотите, Сорокский народный театр. В кружке всегда шла подготовка к очередному спектаклю, проводилась «застольная» читка новой пьесы, ставились мизансцены, отрабатывались жесты и тексты. Всегда на репетицию кто-нибудь да опаздывал, и пока остальные ждали опоздавшего (или опоздавших), они (ожидавшие) беседовали. Я запомнил, что в этих беседах обсуждались все мировые новости, а среди них обязательно Израиль и евреи, сионизм и антисемитизм, Голда Мэир и Мошэ Даян, Киссинджер и Суслов, Брежнев и Подгорный, Хрущёв и Сталин, Че Гевара и Солженицын… Правда, мы тогда о Сталине, Хрущёве, Брежневе не знали столько, сколько знаем сейчас, но говорили обо всём открыто, горячо споря, доказывая свою точку зрения.

Сороки в «Энциклопедическом словаре братьев Гранат»

Сороки в «Энциклопедическом словаре братьев Гранат» 

(Цикл «Не позабыть рассказать…»)

Братья Гранат Почти одновременно с «Еврейской энциклопедией» Брокгауза и Ефрона в конце ХIХ – начале ХХ веков начал издаваться «Энциклопедический словарь братьев Гранат». Фамилию Гранат носили известные в то время российские издатели. Два брата: Александр Наумович (1861-1933) и Игнатий Наумович (1863-1941) – в 1892-м году основали в Москве издательское товарищество, главным изданием которого стал «Энциклопедический словарь». В 1917-м году издательство Гранат было преобразовано в Русский библиотечный институт Гранат, а в 1939-м он вошёл в состав Государственного института «Советская энциклопедия». «Энциклопедический словарь братьев Гранат» – это, по сути, была Российская универсальная энциклопедия; изданная в Москве. Первые 6 изданий вышли в 8-9 томах (1891-1903); 7-е издание – в 58 томах (1910-1948), 56-й том не появился в печати. До 1917-го года издавался Товариществом «Братья А. и И. Гранат и К°», затем – Русским библиотечным институтом Гранат, 54-й и 58-й тома – Государственным институтом «Советская энциклопедия».

 

Рождение грустной песенки

(Из цикла «Вспоминаю город мой!»)

Давид Хахам в ИзраилеИстория, которую я сейчас собираюсь рассказать, возможно, покажется кому-то неправдоподобной и выдуманной. Но я уверяю: всё – чистейшей воды правда.

Некоторое время назад у меня появился новый знакомый. Как водится, после довольно продолжительной беседы он спросил меня, откуда я прибыл в Израиль. Я сразу же ответил, что родом – из приднестровского молдавского городка  Сороки. У меня, в отличие от многих, нет привычки скрывать своё местечковое происхождение, тем более, что всегда считал и считаю: рождение и длительное пребывание человека в большом городе ещё не даёт ему права называться культурным и образованным. Никогда не забуду, как, попав в юности в Москву, оказался в семье, где все её члены не знали, где расположены Большой театр, Таганка и Кузнецкий мост. Мои кишинёвские и донецкие знакомые были ничуть не образованнее бельцких и тираспольских знакомых, а самых больших шутников-интеллектуалов, знавших наизусть всего Ильфа и Петрова, все анекдоты и афоризмы того времени, я встретил случайно в середине 1960-х годов в маленьком приднестровском местечке Вертюжаны, которое было в десять раз меньше даже моих родных Сорок. Эти молодые люди, кстати, стали впоследствии профессорами и докторами разных наук. Почему же я должен стесняться родных Сорок, если их не стеснялись и не стесняются режиссёр Кира Муратова, профессора Оскар (Осик) Койфман (родившийся, кстати, в Саратове!) и Аркадий Колкер? Всегда и везде я, не стесняясь, называю место своего рождения – место, где я провёл детские и юношеские годы. Тем более, что по красоте окружающей природы и месту своего расположения Сороки могут успешно конкурировать с великими городами мира.

RSS-материал