Памяти Наума Мальцера (1937-2009)

За 17 лет жизни в Израиле мне довелось не раз встречаться с известными представителями молдавской еврейской общины, в основном - уроженцами Кишинёва и, в особенности, - с бывшими работниками министерства местной промышленности республики. Узнав, что я родом из Сорок, они, в первую очередь, спрашивали меня, знаю ли я Наума Мальцера.

Для этих людей, многократно бывавших в Сороках или посетивших его хоть один раз, представление о сорочанах связывалось исключительно с Нюмой Мальцером, причём, несмотря на многие годы, прошедшие с момента их знакомства с ним, они досконально помнили все его высказывания, анекдоты, шутки и прибаутки. Во время разговора с ними я чувствовал, какой значительный след оставил Наум Мальцер в их душе. Более того, это они мне рассказывали, что Наум очень любил свой город, что везде и всегда гордился тем, что он сорочанин, - в отличие от многих других наших земляков, уроженцев Сорок, которые, проживая далеко от родных мест, скрывали или скрывают своё происхождение и место своего рождения. И таких (горе-патриотов Сорок) мне тоже приходилось встречать немало - в Москве и Ленинграде, Киеве и Кишинёве, даже здесь, в Израиле. Кто-то из них родился в «Бессарабии», кто-то - в «Молдавии», кто-то - в «Кишинёве», кто-то - в «Бельцах», хотя в их паспортах чётко прописано: место рождения - «Сороки». Парадокс заключается в том, что Наум Мальцер не родился в Сороках - он, как и его родители, как двое братьев приехали в Сороки, когда он был ещё мальчиком. А вообще семья у них была большая: мать и отец, пятеро братьев и сестра...

***

1950-е годы. Помню улицу Красноармейскую как широкую полосу, подпоясывающую гору, - наподобие широкой ленты, подпоясывающей высокий торт. Для меня Красноармейская - самая длинная улица в родном приднестровском городке Сороки, раскинувшемся между горой и рекой. На ней, на Красноармейской, были расположены не только культпросветучилище, книжный магазин и «Универсам», но и церковь, а после спуска в Бужеровку и после единственной уличной «петли» у «хозмага» - долгие семь с лишним километров до села Косоуцы. На Красноармейской расположены и 1-я молдавская школа, и «трикотажка», и 9-я столовая, и консервный завод, и молокозавод, и памятник «Скорбящая мать», и даже Сорокской аэродром...

И новый магазин «Фуршет» тоже расположен на Красноармейской - напротив «трикотажки»... А в центре города - две перпендикулярные к ней, Красноармейской, улицы, ведущие на гору: одна, пешеходная, - Одесская - и вторая, транспортная, серпантинная, - Пушкина. На Одесской, почти на углу с Красноармейской, слева, после какого-то полуподвального дома, - двухэтажный по тем временам особнячок с верандой на втором этаже и утрамбованным горизонтальным двором, где проживало несколько семей, но мне среди них была известна только одна большая семья - Мальцер. Я уже не помнил точно, как очутился несколько раз у них во дворе: по-моему, приходил туда с отцом, и Нюма мне много лет спустя подтвердил: «Так он же с нашим батькой вместе работал на винзаводе!». Знал я, что их, детей, много, но никогда не видел всех вместе. Знал, что первый, Дадик (Давид), - будущий военный лётчик, второй - Нюма, третий - Мусик (Моисей),- будущий зубной техник, знал я и сестру, Инну, которая была моей одногодкой и обучалась где-то в параллельных классах, знал и двоих младших сыновей - Яна и Гришу. Помню сейчас даже их мать...

...В 1960-1970-х годах, когда я в течение 18 лет моего отсутствия в родном городе то приезжал, то уезжал, бывая в Сороках наездами, у Нюмы Мальцера в жизни произошли кардинальные изменения. Он женился на Тане Александровой, у него родилась старшая дочь Алла, а спустя девять лет - младшая, Вита...Он стал «командиром» производства, и тоже, видно, неспроста. Одесская улица в послевоенные годы славилась ещё тем, что цыгане, начавшие переход от кочевой жизни к оседлой, выходили на улицы нашего городка и занимались тем, что разжигали костерки и ковали на них разные мелкие металлические изделия: кочерыжки, крючки, разные металлические завитушки. Особенно много таких цыган-ковалей сидело тогда на Одесской, а гору из-за этого долго называли ещё Звенящей. В конце 1950-х годов на правительственном уровне было принято решение построить для цыган на Сорокской горе свой завод металлоизделий. Цыгане сначала начали там работать, но потом разбежались, а несколько евреев, пришедшие тоже на этот завод, остались. Среди них был и молодой Нюма Мальцер, который прошёл здесь путь от рядового рабочего до замдиректора и директора завода металлоизделий...

***

Он родился 13 сентября 1937 года в Могилёве-Подольском. Четырёхлетним мальцом казался с матерью и двумя братишками - Дадиком и Мусиком - в гетто. Отец, Марк (Мордко) Абрамович (1915-1977), прошёл всю войну и в чине капитана и возвратился домой, в Могилёв, к жене, Розе Иосифовне (1911-1997, оба они похоронены в Сороках в одной оградке). Потом уже родились Инна, Ян и Гриша. До 1947-го года отец служил в армии. Затем его начали переводить с места на место: из Могилёва в Славуту, из Славуты - в Вертюжаны, из Вертюжан - в Сороки. В Сороках они оказались в 1952-м году. Отец работал на винзаводе. 15-летний Наум продолжил сначала обучение в школе, но ему очень хотелось побыстрее стать самостоятельным. Трудовую деятельность он начал в 1956-м году учеником машинного цеха на заводе металлоизделий - и затем всю трудовую жизнь он провёл на этом предприятии, пройдя путь от слесаря до директора. В 1959-м году окончил отделение механизации Сорокского техникума механизации и электрификации сельского хозяйства - очень, кстати, неплохого учебного заведения, дававшего студентам и знания, и практический опыт. В 1960-1963 годах Нюма Мальцер служил в рядах советской армии. Служба проходила в танковых войсках на территории Белоруссии. Когда он приезжал на побывку домой, то сорокские девицы млели от удовольствия и стремились быстрее познакомиться с бравым танкистом. Свой выбор, однако, он остановил на Тане Александровой, которой и предложил руку и сердце. В 1961-м году они расписались, в 1962-м родилась их первая дочь Алла (мать любимого внука Максима).

После службы Нюма возвратился на родной завод. Далее называю только должности Наума Мальцера: слесарь - мастер цеха - начальник отдела снабжения - замдиректора и директор. Именно в эти непростые 30 с лишним лет вместились вся творческая энергия и все приоритеты Нюмы Мальцера, его жизненное кредо, его любовь и ненависть... Через девять лет, в 1971-м родилась вторая дочь Вита (мать любимой внучки Габи). У Наума везде и всегда были друзья. Часть из них сохранили ему верность ещё по Сорокам, Кишинёву, Москве, часть новых друзей он приобрёл в Израиле. Это был человек большого сердца и большой души. Пусть земля для него будет пухом. Вслед за этим моим кратким словом последуют, я уверен, ещё слова близких и друзей. Давайте же послушаем каждого из них...

Давид ХАХАМ