Другие авторы, Давид Хахам , Лиля Хайлис , Михаил Хазин , Василий Соколов , Наташа Вайсенберг , Клара Любарская, Борис Шлафман, Анна Ткач, Наташа Бреннер-Мерешевская, Исаак Комаров, Аурел Маринчук, Илья Марьяш

Весёлый человек «из котлонадзора», или Вспоминая Семёна Лазебника

(Цикл «Земляки»)

Семёну Лазебнику – 25 лет. Сороки Я знал его. Встречался с ним. Слышал его шутки. Наблюдал смех и шутки вокруг него. Есть профессиональные комики, сатирики и юмористы, которые в жизни бывают неинтересными и скучными. А бывают шутники и юмористы «по жизни». Сейчас я вспоминаю одного из них. Семён Лазебник всегда излучал оптимизм, с ним было интересно, смешно, весело. Я знал одного из его родственников, проживавшего в Натании, который ездил в Кармиэль к Лазебнику иногда специально для того, чтобы поднять себе настроение и подавить собственную депрессию. Я бывал в компаниях, где фамилия «Лазебник» не сходила с уст присутствовавших, хотя самого Лазебника там и близко не было. Мой друг по детским годам и первым восьми годам обучения в школе Алик Гуртин, проживший более четверти века в родных Сороках и работавший там главным инженером завода «Гидропривод», имел в родном городе двух самых близких друзей, которые годились ему в отцы или в старшие братья. Это были Семён Лазебник и Наум Мальцер. Они являлись ровесниками двоюродного брата Алика, Рудика Гуртина, но своим характером, отношением к жизни, юмором они покорили сердце Алика. Ниже он расскажет об этом сам.

Помним, любим, скорбим…

20 ноября 2009 года исполняется год со дня безвременной кончины самого известного и многолетнего руководителя общины сорокских евреев конца ХХ – начала ХХI века – Захара Исааковича Дороховского. И хотя за этот год нас всех потрясли и другие известия о смерти земляков-сорочан:

Володи Аксельрода
Татьяны Аксельрод
Рахэль Барбер-Айзенштадт
Марии (Маси) Бендейской
Донары Давидович
Семёна Зайчика
Макса Лаповока
Наума Мальцера
Иды Мирочник
Иды Немковой
Фимы Фурмана
Мики Эйдельмана

– пусть для всех для них земля будет пухом или, по еврейской традиции, – «зихронот ле-враха!» (благословенна память о них), мы всё же хотим ещё раз вспомнить Захара Дороховского, тем более, что недавно получили письмо от его родных и близких… Письмо, обращённое к нему…


(Прим. ред - 10 декабря исполняется годовщина, как не стало с нами Алика Экслера. Мы ждём от его родного брата Миши, обещанного рассказа о жизни Алика или фотографий: Алик - школьник, студент, инженер, главный инженер, семьянин и просто, хороший человек.

О Якове Фихмане и премии его имени

Цикл «Большие земляки»

В сентябре 2009 года, на заседании президиума Всемирной федерации бессарабских евреев, было принято решение удостоить Давидa Хахамa премией имени Якова Фихмана за вклад в молдавско-еврейско-израильскую дружбу, взаимосвязи между двумя народами, а также между представителями еврейской диаспоры из Молдовы (Бессарабии) во всём мире

Приложение первое
Вольный перевод с иврита на русский язык текста
«Удостоверение лауреата премии имени Якова Фихмана»

 

Всемирная федерация бессарабских евреев
Дом бессарабских евреев

Удостоверение

лауреата премии имени Якова Фихмана в области литературы и искусства,
основанной Всемирной федерацией бессарабских евреев

Тель Авив
12 ноября 2009

Евреи, депортированные советской властью из Сорок

Евреи, депортированные советской властью из Сорок,
или «После суда вам  всем – туда, бессарабские г-спода!»

(Цикл «Горькие страницы нашей истории»)

 (на основе «Книги Памяти», изданной в Кишинёве в 1999-2001 годах)

На одном из нью-йоркских кладбищ установлен памятник погибшим в годы войны сорочанамЯ пишу сейчас последнюю, шестую статью о депортациях из Молдавии в середине ХХ века. Эта статья рассказывает о евреях моего родного городка Сороки, депортированных в период с 1940 по 1949 годы. Хорошо знаю, что все депортации оставили неизгладимый трагический след в жизни этих людей, а также в душе их детей, внуков и правнуков.

Об отдельных сорочанах, представленных на нескольких страницах «Книги Памяти», я уже писал (например, о Хаиме Призанте и семье Барзах). Надеюсь, что о некоторых, из числа перечисленных ниже, пришлют мне воспоминания их близкие. Хочу подчеркнуть, что самой «Книги Памяти» у меня не было – и нет. Однако недавно я обратился к земляку-сорочанину Аурелу Маринчуку, проживающему в Кишинёве, с просьбой прислать мне список всех депортированных из Сорок. Этот список занимает в «Книге Памяти» 12 страниц (с 372-й по 384-ю). Хочу сейчас передать свою особую благодарность Аурелу Елисеевичу Маринчуку и редакции газеты «Еврейское местечко» в лице её редактора Ильи Моисеевича Марьяша за то, что они переслали мне этот список. Сейчас попытаюсь его проанализировать.

Они любили Сороки

(из цикла «Евреи в мировой культуре»)

Шира и Мэндэль Горшман со своей сорокской подругой, учительницей музыки  Раисой ШатанНемногие читатели знают, наверное, о том, что известная в своё время московская семья художника Мэндэля Хаймовича (Михаила Ефимовича) Горшмана (1902-1972) и писательницы Ширы Григорьевны Горшман (1906-2001) в течение более двадцати лет (примерно с 1948 по 1971 год) ежегодно приезжала летом в Молдавию, добиралась до моего родного приднестровского городка Сороки, расположенного в 160 километрах  к северу от Кишинёва. Там они проводили обычно более двух месяцев, в течение которых Мэндэль Горшман рисовал свои пейзажи и портреты, а Шира Горшман писала свои рассказы. Я познакомился с Широй Григорьевной незадолго до моей репатриации. Она приехала в Сороки для того, чтобы за символическую сумму продать «сорокские» рисунки Менделя городскому историко-краеведческому музею или, в крайнем случае, – министерству культуры республики. Переговоры были долгими и неблагоприятными, закончились ничем, а когда республиканские «деятели от культуры» спохватились, было уже поздно: Шира Горшман навсегда уехала в Израиль. Примерно через год меня разыскали в Израиле и просили установить место пребывания Ширы Горшман.

Прим. ред: К статье добавлен линк - подборка материалов о дочери Горшманов - Суламифь, которая стала женой неизвестного начинающего актёра Смоктуновского.

Десять дней Покаяния

Десять дней Покаяния, или

«Страшные дни» еврейского календаря

(Цикл «Наши праздники и традиции»)

image0.jpg10-дневный период от первого дня еврейского Нового года («Рош а-Шана») до исхода Судного дня («Йом Киппур») называются на иврите «Ямим нораим» (дословно – «Страшные, грозные дни»). Эти дни выделяли уже талмудические авторитеты, но в Талмуде  они называются Десятью днями покаяния. Смысл этих дней – раскаяние грешников и возвращение на путь праведности после дня суда в Рош а-Шана и в преддверии дня Искупления. Термин «Ямим нораим» впервые появляется в литературе «респонсов» (Вопросов и ответов), созданной «ришоним» (учёными, разработавшими Вавилонский Талмуд), в частности, – в книге раввина Яакова бэн Иуды Вайля (умер до 1456 года). Автор отвечает на вопрос, можно ли скорбящему молиться в качестве «хаззана» в «Ямим нораим», что свидетельствует о распространённости термина в ХV веке.

RSS-материал